«Как долгая победоносная война может быть опаснее, чем маленькое поражение»

После двадцати пяти лет войны шахиншах Хосров II Славный был как никто другой близок к исполнению многовековой мечты персидских царей. То есть к окончательному решению римского вопроса.

Четыреста лет персидские цари воевали за восстановление своего царства в его исконных исторических границах и только славный Хосров почти восстановил.

До полной и окончательной победы царю царей оставалось сделать буквально еще один шаг. Поэтому царь не собирался, конечно, останавливаться.

Когда после взятия персами Иерусалима император Ираклий попросил Хосрова о мире, царь ответил, что он согласен только на безоговорочную капитуляцию.

Но о мире царя просил не только император. О мире царя просили и персы. Потому что двадцать пять лет войны никому даром не проходят. Чтобы иметь деньги на эту войну, царь выжимал из персов последнее, что у них оставалось.

Когда в Месопотамии, которая была житницей Персидского царства, случилось наводнение, царь не стал помогать пострадавшим. Вместо этого он ввел чрезвычайный налог.

После двадцати пяти лет мобилизации работать в стране, можно сказать, и так было некому. После чрезвычайного налога те, кто еще работал, стали разбегаться в разные стороны. В царской казне скопилось шесть тысяч тонн серебра, но царская экономика лежала в руинах.

И, что особенно обидно, вместо безоговорочной капитуляции император решил перейти в наступление. Когда римская армия внезапно вторглась в самое сердце персидского царства, оказалось, что защищать царство некому. Все царские войска были заняты на дальних рубежах. Хосров бежал, успев прихватить с собой только священный огонь.

Так что царские подданные на своих кухнях шептались про всякое нехорошее. «До каких пор еще будут течь потоки крови мужей арийской страны в битвах то тут, то там? До каких пор еще будут отбирать имущество наше и достояние в пользу двора, а золото и серебро наше — в казну царя?

До каких пор будут крепко заперты проходы дорог, препятствуя тем самым выгодам от торговли с другими странами? До каких пор быть нам в страхе и дрожать от кровожадного царя нашего?».

Но царь ничего не хотел слышать. Вместо того, чтобы отправить к императору послов, царь отправил свою армию на штурм Константинополя.

И когда бездарные генералы не смогли выполнить царскую волю и взять Константинополь штурмом, Хосров был в ярости. Он приказал арестовать командующего армией и доставить его в столицу для казни.

А дальше случилась настоящая шпионская история. Письмо перехватила императорская разведка и переслала его персидскому генералу.

Тот не стал скрывать содержание от подчиненных. Он только добавил к своему имени имена еще 400 персидских офицеров. После этого зачитал царское послание перед всем войском. Войско взбунтовалось.

Царь отправил на подавление бунта другого генерала. Но другой генерал тоже решил, что бунтовать ему приятнее, чем исполнять царские приказы.

Дурной пример оказался заразительным. Заговор против царя в столице возглавил царский сын. Говорят, перед казнью царя ему не давали еды, но не жалели для него золота. Как сказал при этом любящий сын: «Пусть ест золото, которое собирал напрасно».

Впрочем, на престоле неблагодарный сын продержался так недолго, что даже не успел договориться с римлянами о мире. Просить о мире пришлось следующему царю царей. Про безоговорочную капитуляцию он уже не заикался. «Насчет границ, назначь их сам — до каких мест желаешь, только утверди все письмом, печатью и солью».

По условиям мира две империи вернулись к довоенным границам. Но для Персидского царства было уже поздно. Через три года после казни Хосрова в страну ариев пришли воины пророка. Великое персидское царство, чью славу хотел восстановить Хосров, закончилось.